ВЕЛИКАЯ КИТАЙСКАЯ ТРУБА

Продавливая "байкальский маршрут" нефтепровода в Китай, "Транснефть" скрывает информацию и оказывает давление на экспертов

Митинг против строительства трубопровода "Восточная Сибирь - Тихий океан", который прошел на днях в Иркутске, стал, пожалуй, самым представительным за последние 15 лет. В нем приняли участие губернатор Александр Тишанин, глава Законодательного собрания области Виктор Круглов и все политические партии. Одновременно в адрес президента РФ поступило официальное письмо от председателя комитета ЮНЕСКО по Всемирному наследию с настоятельной просьбой разъяснить ситуацию со строительством нефтепровода на территории объекта Всемирного природного наследия "Озеро Байкал". Положительное заключение государственной экологической экспертизы проекта трубопровода уже стало предметом думского запроса и со дня на день будет оспорено в суде.


Страсти у озера
"Если такое возможно с Байкалом, включенным во Всемирное природное наследие, значит, другие природные объекты в России вообще никак не защищены и с ними можно делать что угодно", - так ученый секретарь научного совета по Байкалу Сибирского отделения РАН Ирина Максимова оценила результаты экологической экспертизы проекта, в работе которой ей пришлось участвовать в качестве эксперта.
Отношения "великой восточной трубы" с экологической экспертизой не заладились еще в 2003 году, когда на суд экспертов был представлен первый документ - обоснование инвестиций. Эксперты его отвергли: труба с нефтью проходила в водосборном бассейне Байкала, и при любой аварии нефть оказалась бы в озере до того, как ремонтные бригады прибыли бы на место. На следующий год заявитель проекта, государственная компания "Транснефть", представила исправленный вариант: маршрут был перенесен к северу, за водораздельные хребты. А получив "добро" от экспертизы, в 2005 году начались изыскательские работы... на никем не утвержденном маршруте, проходящем еще ближе к берегу Славного моря - на одном из участков всего в 800 метрах.
Росприроднадзор потребовал остановить работы.

Манипуляции с экспертами
Однако осенью Владимир Путин потребовал скорейшего согласования проекта, объявленного "общенациональным". Разумеется, Росприроднадзор тут же перестал видеть им же установленные нарушения, а Ростехнадзор принял на экспертизу следующий документ - технико-экономическое обоснование ВСТО, в котором уже был обозначен маршрут, проходящий по берегу Байкала. Но экспертная комиссия подавляющим большинством голосов (48 против 8) вновь отклонила проект. Эксперты, конечно, ощущали настроения в верхах, но подписаться под смертным приговором «Священному Байкалу» казалось им тогда еще страшнее: район Байкала - высокосейсмичная зона, землетрясения здесь достигают 12 баллов. Технических решений, гарантирующих целость трубы при таких ударах, в мире просто не существует.
Впрочем, заключение любой экспертизы должен еще утвердить полномочный государственный орган - в данном случае Ростехнадзор. Обычно это процедура сугубо техническая, но, зная заинтересованность начальства в положительном заключении, эксперты постарались тщательно соблюсти все формальности, чтобы придраться было не к чему. Однако глава Ростехнадзора генерал Константин Пуликовский нашел выход: он просто продлил экспертизу на месяц и добавил в комиссию 34 новых члена - в основном специалистов по техническим системам, ни один из которых по роду своей деятельности не имел отношения к экологии или охране природы. Уже само это решение выходит за рамки всех регламентов - как если бы в суде после оглашения вердикта присяжных судья продлил процесс и ввел в жюри присяжных новых членов.
Но то, что началось дальше, поразило даже видавших виды ветеранов экспертиз: проект был разбит на отдельные участки. Экспертам, разделенным на группы, предложили оценивать только безопасность конкретного участка - материалы по остальным им просто не давали. Но при этом каждый, одобрявший свой участок, голосовал в целом за проект. "Такого выкручивания рук не было даже на обсуждениях в ЦК КПСС!" - сказал руководитель одной из рабочих групп Геннадий Чегасов.
Представьте себе консилиум, организованный по этой схеме: "Руки целы? - Ноги? - Тоже! - И живот? - Да, но ведь у него головы нет! - Не важно, вы подписывайте: в целом здоров! Кто смотрел голову, может записать особое мнение..."
О том, как при этом работали с отдельными экспертами, говорят разное. Во всяком случае, результат был достигнут: буквально за месяц многие члены комиссии во главе с ее председателем Михаилом Генераловым изменили мнение на противоположное. Технические решения, уже рассмотренные и отвергнутые ими, вдруг были сочтены вполне безопасными. Когда же выяснилось, что даже и после ввода новых экспертов и персональной обработки старых не набирается требуемых по закону двух третей голосов "за", накануне последнего заседания нескольких экспертов из состава комиссии просто исключили. Только после всех этих манипуляций Константин Пуликовский утвердил заключение комиссии - естественно, положительное, несмотря на особое мнение 27 экспертов и появившееся тогда же открытое письмо 23 директоров и ведущих специалистов институтов Иркутского научного центра СО РАН, протестующих против "байкальского" маршрута.

А с другого конца...
Все это выглядело тем более странным, что буквально в эти же дни решалась судьба другого конца той же трубы - нефтеналивного терминала в Приморском крае. Размещение его в бухте Перевозная, как это предлагалось в проекте "Транснефти", означало фактическое рассечение ценнейших природных систем юго-западного Приморья (в том числе последних убежищ дальневосточного леопарда) и угрозу катастрофических разливов непосредственно возле Владивостока. Учитывая это, экспертная комиссия дала отрицательное заключение на проект - генерал Пуликовский его не только не утвердил, но и с мстительным удовольствием огласил имена немногих экспертов, голосовавших за терминал в Перевозной. Если не предполагать всерьез, что бывший полпред в Дальневосточном федеральном округе ощущает Приморье "своим", а Байкал - "чужим", то остается думать, что решение по западной части трубопровода уже принято на высшем уровне. Как это уже было в 60-е годы с Байкальским ЦБК, а несколько позже - с БАМом
Тысячи иркутян приняли участие в митинге против строительства «Великой китайской трубы». Ораторы, от ученых и экологов до представителей исполнительной и законодательной власти области, говорили о недопустимости прокладки нефтепровода в 500-700 метрах от береговой линии Байкала, хранящего пятую часть пресной воды на планете. К тому же это сейсмически опасный район, что значительно повышает риск различных аварий, в результате которых 3 тысячи тонн нефти могут достичь озера всего за 20 минут, при том, что разработчики проекта определяют время локализации аварии в течение двух с лишним часов.
Ранее против прокладки Восточного нефтепровода вблизи озера Байкал выступило руководство Иркутской области. "Никакая "умная труба" не может полностью исключить попадания нефти в озеро, никакие экономические и финансовые аргументы в пользу строительства не должны быть главными, когда речь идет о национальном достоянии России, объекте мирового наследия", - говорится в обнародованном совместном заявлении губернатора Александр Тишанина и председателя законодательного собрания Круглова.
"Считаем недопустимым, - говорится в заявлении, - манипулирование государственной экологической экспертизой. Она должна быть высшей независимой инстанцией, гарантирующей право граждан России на достоверную информацию о состоянии природной среды и факторах, ведущих к ее ухудшению".
Руководители области полагают, что "миллиардные инвестиции, развитие инфраструктуры и создание рабочих мест очень важны для региона", но только не за счет чистоты озера. По мнению Тишанина и Круглова, ситуация вокруг строительства нефтепровода в непосредственной близости от уникального озера "становится критической".

(по материалам СМИ)

Озеро Байкал самое древнее из великих озер мира. Этого уже достаточно, чтобы бить тревогу: в Байкале, озере длиной 630 километров и шириной около восьмидесяти, содержится пятая часть мировых запасов пресной воды. В озере, которое натуралисты считают "уникальным феноменом", обитает больше эндемических видов, чем в любом другом. С 1996 оно включено в список "Достояние человечества".