Логотип


Русский реванш неизбежен

Александр Самоваров

Я понимаю, что радикальная нота в заголовке этой статьи удивляет. Почему русский реванш неизбежен? И что это такое – русский реванш? Это - русский бунт, русская революция и т.д.?

Каким будет русский реванш по форме, это вам никто не скажет, это невозможно предугадать. Скорее всего, это будет мирный и эволюционный (но быстрый) вариант создания государства русских.

Нужно понимать, что степень будущего экстремизма или будущей лояльности закладывалась все предыдущие двадцать лет. Когда Александру III говорили, что Россия – это «бурлящий котел», это ведь говорилось в тихой и спокойной стране, но царь понимал, о чем идет речь. Хотя разве мог он предполагать, что демократическая революция изберет своим орудием начальника Генерального штаба Российской империи генерала Алексеева, и командующих фронтами русской армии?

Так и мы сейчас не знаем, кто будет «орудием» русского реванша . История капризна и любит всякие уморительные фортеля.

Просто нужно понимать, что если какие-то «желания» накапливаются внутри общества, то они обязательно реализуются . Хотя форма их реализации может быть любой. Самая бешеная ксенофобия, которую испытывали европейские народы, и самый бешеный антисемитизм, который накопился на Западе за тысячелетие, получил « разрядку» в виде «нового порядка» Гитлера. Хотя не будь Коминтерна, не было бы и Гитлера.

Обозначим те противоречия, которые есть в нынешней РФ.

Во-первых, не была завершена демократическая, антисословная революция. Она началась в феврале 1917 года, но затем мы получили номенклатурный социализм, в 1991 году демократическую революцию можно было продолжить, но в 1993 группа реакционеров совершила переворот и в результате вместо номенклатурного социализма мы получили номенклатурный капитализм.

Демократические революции – это не прихоть, не случайность, это закономерный этап, который проходят в своем развитии все народы. Стремление к равенству заложено в природе человека. Демократические революции, совершенные давно на Западе, еще там не завершены, кстати, сейчас, мы наблюдаем их развитие.

Во-вторых, в России не просто возникла группа сверхбогатых собственников, что раздражает, но вообще, все противоречия между «трудом» и «капиталом» решаются в пользу капитала. В современном обществе это не может тянуться бесконечно долго.

В-третьих, в России не решен национальный вопрос, и не решен он (вы будете смеяться) именно в отношении русского народа. Русский народ как субъект отношений просто отсутствует и в политической жизни страны и в Конституции РФ.

Неизбежная демократическая революция, неизбежные экономические столкновения между собственниками и работниками, все эти факторы в России несут в себе национальный оттенок.

Русские не идентифицируют нынешнюю власть как русскую, хотя чиновники по преимуществу русские, по той причине, что не было демократической революции, и нет равенства в правах, а потому власть не воспринимается как русская.

Русские не идентифицируют капитал как русский капитал, и тут я не буду даже тратить время на то, чтобы объяснить, почему это так.

И, наконец, русские чувствуют себя в национальном плане ущемленными, и в силу вышеперечисленных причин, и в силу навязывания западной модели «толерантности», которая сама по себе, может быть, неплоха, но в условиях бывшего СССР просто не нужна и неосуществима.* * *

И все это накладывается на неизжитость коммунистического прошлого, на непонимание тех процессов, которые проходили в России, начиная с «великого октября». Непонимание того, что мы почти сто лет живем в условиях эксперимента. И это тем более странно, что Ленин никогда не скрывал своих целей.

Для Ленина русский народ не имел самостоятельного значения, Ленин сознательно принес русский народ в жертву эксперименту. Причем, заведомо поставив русских в положение смертников – одни против всего мира. Объявив войну буржуазному миру, а по сути, всему cвету, Ленин сделал русских заложниками в этой войне. И если бы не героизм русских солдат, то русская история закончилась бы в 1941 году.

И тут возникает вопрос – почему лидеры Запада в решающий момент гражданской войны в России поддержали Ленина, а не белых? Почему они согласились с остановкой наступления Пилсудского и дали красным разгромить белых в Крыму? Почему, чем больше они разбирались в политике Ленина, тем больше помогали ему? Ведь реальной блокады СССР со стороны Запада не было никогда! А вот торговые отношения начались сразу же после гражданской войны. СССР покупал на Западе все, что хотел, включая военную технику и целые заводы.

Черчилль называл большевиков-интернационалистов «подонками европейских городов». Но даже когда эти подонки были безмерно слабы, когда они демобилизовали совершенно ненадежную армию, и на этом фоне Троцкий в 1923 году на весь мир говорил, что пора поддержать немецких товарищей и начать боевые действия против буржуев всего мира, в ответ ничего не было предпринято.

Вооруженная до зубов Европа, с первоклассными армиями, боялась нищей страны, в которой вооруженных сил, по сути, не было, а народ был предельно обозлен на большевиков, боялась СССР? Смешно даже говорить об этом. Для разгрома СССР в 1923 году хватило бы «белых», которые сохраняли свою военную структуру и армий Польши, Финляндии, Румынии. Не случайно в СССР врагом № 1 тогда видели именно Польшу!

Элита РФ сделала Россию провинциальной страной.

Поразительно? Но не так уж и необъяснимо. У власти в РФ после 1993 года (а может быть, и после 1991) оказались две силы – либералы и силовики.

С либералами все понятно. Вот что говорится в книге Татьяны и Валерия Соловья «Несостоявшаяся революция» о корнях русского либерализма: «Расщепление интеллигентской среды на, условно, три культурно-идеологических течения имело очевидную этническую подоплеку. Русские националисты, точнее симпатизанты русской этничности, а также консерваторы-сталинисты были преимущественно или даже почти исключительно русскими, в то время как смыслообразующее и организационно-кадровое ядро либерально-реформистского лагеря составляли этнические евреи…».

И здесь же авторы книги цитируют Ларису Васильеву: « В нашем литературном мире, - разделенных на правых – славянофилов и левых – западников, лакмусовой бумажкой для определения принадлежности писателя к тому или иному лагерю был еврейский вопрос. Если ты еврей, значит, западник, прогрессивный человек. Если наполовину – тоже. Если ни того, ни другого, то муж или жена евреи дают тебе право на вход в левый фланг. Если ни того, ни другого, ни третьего, должен в творчестве проявить лояльность в еврейском вопросе».

Я уже писал о том, что русские националисты должны отказаться от антисемитизма, ибо он ослепляет, делает восприятие политической действительности однобоким. Но это не означает, что мы не должны видеть очевидного. Либеральная интеллигенция, которая взяла идеологические бразды в свои руки, был отравлена чисто еврейскими страхами. И вся ее политика сводилась не к строительству нового и конкурентоспособного общества, а к недопущению «фашизма».

Проводя такую политику, видя в качестве «потенциального фашиста» весь русский народ, насаждая западничество, поддерживая антипатриотизм и т.д. Эти идеологи, по словам В. Соловья, сознательно творили хаос. Ибо в условиях строительства нормального общества, пусть даже по западным образцам, в условиях реальной демократии либералам или пришлось бы меняться самим, или принять «фашистское» государство, каким для них является демократическое, русское национальное государство.

Но что в итоге?

Русские стали ненавидеть некогда обожаемый Запад, относясь к нему адекватно на бытовом уровне, бывая там, русские в своем сознании создали из Запада образ врага. Русские возненавидели либерализм. А после того, началось массированное интернационалистическое воспитание русских (второй раз за сто лет), русские стали ксенофобами.

Своей политикой либералы в полной мере подготовили русский реванш. Он случился бы даже в более спокойное и сытое время. Но ведь и экономическая политика либералов беспредельно убогая. Они за двадцать лет своих реформ в конце 2008 года достигли, наконец, экономического уровня СССР за 1989 год. Достигли, чтобы тут же «поехать вниз».

Либералы есть лучшие продолжател дела Ленина в том смысле, что для них Россия и русские сами по себе ценностью не являются. В свое время приватизатор А. Кох в нашумевшем интервью сокрушался, что у России нет перспектив потому, что все места в этом мире уже заняты. И кому нужна Россия?

Русским она нужна, это наша страна, но это к слову.

Кох и его товарищи воспринимали существующий мир, как нечто вечное и незыблемое, в котором господствует США и т.д. Но все меняется. И русский реванш случится не только в России, но и в мире вообще. Даже помимо нашей воли нам опять придется играть существенную роль на международной арене.

И вот здесь хотелось бы вспомнить о второй «составляющей» нашей власти, о силовиках. Эти люди в большинстве своем так и остались советскими. И тут, видимо, нужен аналитик из этой среды, чтобы понять, почему «силовики» равнодушны к русскому народу и в упор не видят его в качестве субъекта истории.

Но кое-что понятно. Советское офицерство, будь-то армейские офицеры или офицеры спецслужб, формировались по таким матрицам, где русского народа просто «не было», а был советский народ. В этом и их трагедия, и наша трагедия. А научиться воспринимать мир заново - это дело не простое.

Вот, к примеру, если мне предложат написать историческую работу, то я ее напишу. Но если мне предложат поймать шпиона, то я его не поймаю.

В выше цитированной книге В. Соловья есть место, где приводятся слова офицера ФСБ, который говорит, что они ничего не могут создать, они умеют только разрушать. Армия и спецслужбы живут по своим законам, которые нереально перенести на общество, и тем более, с помощью этих законов нереально создать конкурентоспособное общество.

Но, тем не менее, русский реванш неизбежен . В каких-то других рамках те ключевые проблемы общества, которые были названы выше, просто нельзя решить. А это не те проблемы, которые могут сами по себе «рассосаться».

* * *

Я понимаю, что у читателей есть вопрос – когда же именно случится русский реванш? А он уже идет. И скорость его будет равна скорости движения скорости танков Гудреана. Помните? 22 июня 1941 года – тишина, а уже 3 июля: «Сестры и братья, к вам обращаюсь я, друзья мои». За 11 дней интернациональная элита СССР стала национальной. И что-то подсказывает, что танки еще не двинулись, но они уже завели моторы.