О чем думал атаман?

Во все лихие времена на Руси находился отважный заступник за Россию и народ ее. На крестоносцев нашелся Александр Невский. На монголо-татар великий князь Дмитрий Донской. Во времена Смуты вышли вперед Минин и Пожарский.
В наше смутное время начал активно заступаться за русский унижаемый и изводимый со света народ Борис Сергеевич Миронов. Темные силы заключили его в новосибирскую тюрьму, оттуда - в суд и открыто с ним полемизировать не хотят. Хотят осудить неправедно и лишить народ его защитника.
Можно ли в такое время хранить спокойное созерцательное молчание?
Можно, если свыкнуться с мыслью, что страну не спасти. А если думаешь иначе, надо требовать немедленного освобождения русского патриота.
Разве не правду говорит во весь голос Борис Миронов?! Нашу землю захватывают. Миллионы только китайских торгашей вторглось уже в Россию. В Сибири китайские мафиози вырубают хвойный целебный лес на корню. Это показывали даже по телевизору.
А что творится на юге России?! Наши славные казаки во главе с Суворовым и Потемкиным освобождали южный край от турецкого ига. Но что делают сегодня на юге с самими славными казаками?! Что делают с русскими крестьянами, которые надеются на их помощь?!
Казакам печатают законы об их правах. А на деле так стягивают им руки, что даже они не в силах защитить полностью русских жителей российского юга от экспансии той же турецкой мафии.
Возьмем для примера события последних нескольких лет. Они еще очень свежи в здешней памяти.
В редакцию патриотической газеты небольшого южного городка, что находится в 90 км от Туапсе, летом 2004 года прибежали в слезах две измученного вида женщины, жительницы станицы Ширванская Любовь Матвеевна Бордюг и Нина Ивановна Сорокина (я меняю все фамилии, кроме уже погибшей ныне Бордюг).
- Родные, милые! Спасите, помогите! Да что же это такое эти турецкие мафиози над нами вытворяют? - буквально заголосили женщины.
Оказывается, турецкая мафия бессовестно загоняла своих, скупленных у населения по дешевке коров, прямо на их огороды. Топтались огородные участки, ломались изгороди.
- А, если я с ними ругаться начинаю, они в ответ заявляют: "резить русских будем",- уточняет Любовь Матвеевна Бордюг.- А ночью что творят?! Мы спать ложимся, а они веселье начинают! Орут через всю улицу, созывают своих. Что-то обсуждают, крича на расстояние в 30 метров. Дети боятся. Спрашивают: "Баба, что это?"
- А в школе, в школе что сынки этих мафиози вытворяют?!,- добавляет Сорокина.- Бьют наших прямо в классе и на переменах чем попадя. Одежду им на спине режут... Их в школу в автобусе везут. Так моему Вите бритвой сзади, пока едут, уже две дорогих кожаных куртки в ленты бритвой порезали. Да ведь режут-то по спине!! Чуть автобус тряхнет, и бритва полоснет по телу... Пожаловалась я этому мафиози. А он смеется: "Это игра. Ничего, новую куртку купишь".
Это я-то куплю,- утирает слезы Сорокина.- Мы ж безработные здесь. Все же позакрывали! А у меня на руках еще трехмесячная дочурка...
-Да, и как они 9-летнего сироту Вову Федорова в школе избивают?! Скажи,-добавляет Бордюг.- И от школы на пинках ежедневно до дома гонят. А что его престарелая бабушка может сделать? Наш здешний председатель ими обласкан. Смотрит сквозь пальцы на все... Если вы не поможете-мне остается только головой в петлю... Мужа они давно до могилы довели! - восклицает Любовь Матвеевна.
Мы в редакции заранее знали, что ничего радикально изменить не сможем. Такая уж сейчас власть в России, что те, кого Суворов гнал, на шею русскую сели. Турецкая мафия умеет подкупать чиновников. Но и отпускать Любовь Матвеевну вешаться мы не собирались. На двух машинах, прихватив с собой городского депутута и участкового миллиционера, поехали мы в Ширванскую.
В первой машине, в белой старой "Волге", ехал городской казачий атаман. Я представлял, о чем думал этот хороший русский человек в черной казачьей форме, пока мы ехали средь зеленых полей. Из нас из всех турецкие мафиози обратят внимание только на казачьего атамана. Но что может сделать Александр Иванович в одиночку? Возьмет с собой даже нескольких казаков - мафиози обвинят его в желании учинить погром... Трудно было ехать с нами атаману...
Тяжело ему было и в унижаемом турецкой мафией поселке. С душевной болью взял он за худую руку часто избиваемого 9 летнего Вову Федорова.
- Бьют?
- Еще как бьют! - мальчик отер соленую слезу. Со школы человек по восемь за мной гонятся...
- Они что же, забыли, что им устроили в Узбекистане?- возвысил голос атаман. Но тут же осекся.
Рядом галдели нахальные женщины в цветастых платках.
- Ето все вранье!- топала ногой передняя.
Потом были наши письма по инстанциям. Но раньше наших писем все инстанции завалили жалобами турецкие мафиози.
Оказывается, приезд атамана нарушает их права...
Любу Бордюг через год турецкие мафиози все же довели до могилы. Мы стояли на деревенском кладбище, и крутилось у меня в голове: "Ехал молча атаман, ехал по полю...".
Я знаю, что статьи, подобные моей, те, кто прикрывает всяких мафиози, стараются выдать за экстремистские. Нет! Мы не за экстремизм. Честных, работящих людей любой нации не обвиняем.
А вот, когда Вову Федорова много дней на пинках гонят малолетние хулиганы аж до бабушкиного дома, когда скот свой мафиози по русским подворьям прогоняют, когда все жалобы наши потонули в обвинениях этих же скотодержателей, тогда-то как?!
Как сделать, чтобы закон правил людьми, а не мафия? Сделать это могут природные казаки, если их по-настоящему поддержат. Если будут разговаривать с ними не как с "потенциальными погромщиками", а как с основателями южнороссийского края. Как с продолжателями славных Суворовских традиций. Тогда даже на танцплощадках здесь не будет спонтанных драк, не говоря уже об унижении человеческого достоинства.
Я не видел ни одного казака, который бы обидел человека любой национальности. Зато, как казаки защищают, видел.
Поэтому я на стороне атамана казачьего. Я на стороне казаков.
Спасут народ только они, эти честнейшие русские люди!

Павел Верещагин,
Краснодарский край